Экономическое учение А.В. Чаянова. Чаянов Александр Васильевич: биография и библиография

Чаянов Александр Васильевич

российский экономист, социолог, социальный антрополог, международно признанный основатель междисциплинарного крестьяноведения; писатель-фантаст и утопист. Автор термина моральная экономика.

28 сентября 1987 года в конференц-зале ВАСХНИЛ (Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени Ленина) английский профессор Теодор Шанин выступил с лекцией «А.В. Чаянов в мировой экономической науке». Многие из собравшихся впервые услышали имя Чаянова, за полтора месяца до этого прочитав в газете «Московские новости» материалы «круглого стола», собранного журналистом Львом Воскресенским с участием докторов наук Н.К. Фигуровской, В.Л. Данилова и М.О. Чудаковой, где рассказывалось о реабилитации 15 учёных-аграрников, репрессированных в самом начале тридцатых годов по обвинению в подготовке антисоветских заговоров и кулацких мятежей. По именам двух главных обвиняемых «преступная организация» получила тогда название «кулацко-эсеровской группы Кондратьева - Чаянова». Более чем через полвека, 16 июля 1987 года, по протесту Генерального прокурора СССР А.М. Рекунова, Верховный суд нашей страны прекратил уголовное дело за отсутствием состава преступления.

Александра Васильевича Чаянова нельзя оценить и понять без знания всего того, чем он интересовался и жил. Нельзя говорить о Чаянове только как экономисте-аграрнике, как нельзя говорить о профессоре химии Бородине, оставляя в стороне Бородина-композитора, или, постигая Леонардо да Винчи, сузить необозримый диапазон его дарования до скульптуры и живописи, не касаясь его занятий механикой, оптикой, анатомией. Как и всякий другой человек, Чаянов может быть понят, если к нему подойти как к целостной личности.

Он родился в Москве 17(29) января 1888 года. Его отец, Василий Иванович Чаянов, происходил из крестьян Владимирской губернии. В пореформенную пору мальчиком пришёл Василий Чаянов в Иваново-Вознесенск и начал работать на ткацкой фабрике. Со временем он стал пайщиком, затем компаньоном хозяина, а потом завёл и собственное дело.

Из Иваново-Вознесенска В.И. Чаянов переехал в Москву. Здесь он женился на Елене Константиновне Клепиковой, происходившей из мещан города Вятки. Мать будущего учёного окончила Петровскую земледельческую и лесную академию в первой группе женщин, туда принятых. То, что она была агрономом, не могло не сыграть роли в выборе жизненного пути её сына.

В 1899 году 11-летний Саша Чаянов поступает в лучшее реальное училище Москвы на Мясницкой улице 59. Реальные училища в отличие от гимназий давали естественно-математическое образование. В их старших классах преподавались прикладные предметы механико-технологического и химико-технологического циклов, а также основы коммерции. Ни латыни, ни древнегреческого языка в программе не было, но были языки немецкий и французский.

Жили тогда Чаяновы в Малом Харитоньевском переулке, где всё напоминало о далёкой старине. В домах, расположенных поблизости, бывали Пушкин, Гоголь, Щепкин, Веневитинов. По преданию в старом юсуповском саду, в одном из флигелей, в самом начале XIX века жили Надежда Осиповна и Сергей Львович Пушкины. Именно сюда «к Харитонью в переулок» приезжала Татьяна Ларина и слышала звон колоколов. Звоны колоколов слышит и юный Чаянов. Эта музыка увлекает его, и он начинает её изучать.

(В 1920 году Чаянов напишет книгу «Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии». В фантастической Москве 1984 года он предложит читателю «музыкальную программу, исполняемую на кремлёвских колоколах в сотрудничестве других московских церквей». Вот как опишет он начало этого концерта: «Через минуту густой удар полиелейного колокола загудел и пронёсся над Москвой. Ему в октаву отозвались Кадаши, Никола Большой крест, Зачатьевский монастырь – и ростовский перезвон охватил всю Москву. Медные звуки, падающие с высоты на головы стихшей толпы, были подобны взмахам крыл какой-то неведомой птицы. Стихия ростовских звонов, окончив свой круг, постепенно вознеслась куда-то к облакам, а кремлёвские колокола начали строгие гаммы рахманиновской литургии».) Именно в юности Чаянов на всю жизнь заболел историей Москвы и в конце концов стал одним из крупнейших её историков.

В 1906 году Чаянов окончит училище и поступит в Московский сельскохозяйственный институт, как с 1894 года станет официально называться бывшая Петровская земледельческая и лесная академия, открытая 21 ноября 1865 года.

(В 1925 году директор Научно-исследовательского института сельскохозяйственной экономии при Тимирязевской сельскохозяйственной академии и её профессор А. В. Чаянов напишет книгу «Петровско-Разумовское в его прошлом и настоящем» – своеобразный путеводитель по ТСХА, где причудливо переплетаются история и современность.)

В институте его жизненной страстью становится наука. Но, человек в высшей степени общественный, он занимается ею как делом, преображающим жизнь людей. Такое понимание общественной роли науки проистекало у молодого Чаянова из представлений, почерпнутых прежде всего в студенческо-преподавательской среде.

Двадцатилетним студентом 3 курса Чаянов пишет свою первую научную работу. Его интересует кооперация в сельском хозяйстве Италии. Он говорит об экономическом возрождении Италии и связывает его прежде всего с кооперированием сельского хозяйства, когда тысячи бедных маленьких хозяйств сливались в различные союзы и на началах самодеятельности создали мощную экономическую организацию кредита, закупок, сбыта, организовали производственную кооперацию, поддержали дело агрономической помощи крестьянам. Чаянов призывал русских крестьян следовать примеру итальянцев, создавая у себя в деревнях различные кооперативы.

Вскоре появилась и вторая работа Чаянова «Общественные мероприятия по скотоводству в Бельгии», написанная после того, как он, студент выпускного курса, в течение двух месяцев работал в этой стране. В ней он снова поставил вопросы, тесно связанные с отечественной практикой, в частности о сохранении лучших пород животных.

В 1910 году Чаянов оканчивает институт, и его оставляют на два года при кафедре аспирантом. Он едет во Францию, Германию, Англию, Италию и Швейцарию. Возвратившись, он продолжает пропагандировать всё то полезное, о чём узнал, но прежде всего его занимают внутренние проблемы отечественного сельского хозяйства. Молодой учёный начинает изучать это хозяйство как большой и сложный механизм в его многообразных экономико-производственных связях с окружающей природной и народнохозяйственной средой, а также как некую клеточку социального организма.

В 1912 году в Москве вышла первая часть книги Чаянова «Очерки по теории трудового хозяйства», где выдвигалось положение, впоследствии получившее развитие во многих трудах Чаянова, из-за которого его стали подвергать ожесточённой критике. Он написал тогда, что «всякое трудовое хозяйство имеет естественный предел своей продукции, который определяется соразмерностью годового труда со степенью удовлетворения потребностей хозяйствующей семьи». Этот постулат, уже тогда подкреплённый цифровым и фактическим материалом, он сделал в дальнейшем одним из главных вопросов своей научной и общественной деятельности. Через год вышел и второй выпуск «Очерков», посвящённый основам сложения потребительского бюджета. Чаянов постоянно занимается и проблемами русского льна, который после ржи и пшеницы занимал в сельском хозяйстве страны едва ли не самое важное место, исследует экономическую и земледельческую стороны мелиорации.

Учёный совет Московского сельскохозяйственного института, отдавая должное необычайному трудолюбию и разносторонности Чаянова, присвоил ему в 1913 году звание доцента. Ему было тогда 25 лет.

К 1913 году три четверти России жило и работало в деревнях, в 20 миллионах дворах.

Во время Первой мировой войны (1914–1918) Чаянов занимается работой по организации хлебозаготовок и продовольственного дела. История продовольственного вопроса в это время отражена в лекциях, прочитанных им в апреле 1917 года на курсах по подготовке культпросветчиков при Московском совете студенческих депутатов. Здесь высказан также ряд интересных соображений и принципиальных оценок. Так, Чаянов замечает: «В настоящее время мы стоим перед долгими годами тяжёлой и ответственной творческой работы строительства новой России. В области политического строительства и строительства гражданского почти всё находится в нашей власти, власти человеческих законов. Не то мы видим в области жизни экономической. Здесь, помимо наших человеческих законов, перед нами стоят законы экономической жизни, законы, которых изменить мы не в силах и к которым должны приспособить наши человеческие законы, чтобы равнодействующую экономической жизни приспособить к нашему идеалу».

В 1918 году, выступая на 3 Всероссийском съезде «Лиги аграрных реформ» с докладом «Природа крестьянского хозяйства и земельный режим», Чаянов отмечает: «Кладя крестьянское хозяйство в основу будущего народнохозяйственного строя в России, мы должны учитывать, что оно по самой природе своей отлично от хозяйства, капиталистически организованного, в рамках которого мы привыкли обычно разрешать экономические проблемы. Хозяйство крестьянское есть прежде всего хозяйство семейное, весь строй которого определяется размером и составом хозяйствующей семьи, соотношением её потребительских запросов и её рабочих рук». Это положение, направленное на защиту некапиталистического крестьянского хозяйства, впоследствии объявили основной теоретической установкой так называемой «антимарксистской неонароднической школы», которая исходила из того, что, работая на своей земле и не эксплуатируя чужого труда, крестьянин оказывается в таком положении, когда категории заработной платы, прибавочной стоимости и рентных отношений как бы размываются и классическая политэкономия уже не может дать традиционные ответы на новые, не рассматривающиеся ею обстоятельства и ситуации.

Чаянов не был большевиком, но он был социалистом, демократом по убеждениям и аналитиком по складу ума. Самым значительным трудом, над которым он работал в годы гражданской войны (1918 – 1920), стала книга «Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации». Здесь он обобщил всё, что писал и говорил ранее о кооперации.

Рассматривая сельское хозяйство как конгломерат самых разнообразных хозяйственных форм и образований, Чаянов признавал, что самыми распространёнными из них являются две формы: капиталистическая и противостоящая ей семейно-трудовая. Внешне капиталистическое хозяйство значительно более крупное, а семейно-трудовое более мелкое. Но если капиталистическое хозяйство строится на наёмном труде, то семейно-трудовое – на совершенно иной основе, ему «свойственны иные мотивы хозяйственной деятельности и даже иное понимание выгодности. Закономерным шагом развития последних должно стать объединение этих некапиталистических семейных трудовых коллективов в некапиталистические же кооперативы. (Социалистическую подоплёку кооперации Чаянов понимал в значительной мере в духе русских социалистов-утопистов. Он преклонялся перед одним из основателей утопического социализма Робертом Оуэном, о «возвышенном» учении которого писал так: «Он говорил, что люди дружными, общими усилиями должны помогать друг другу жить и, основывая особые общества, совместно устраивать свою хозяйственную жизнь». Эта идея казалась Чаянову пригодной для любого времени и для любого общества, ибо была общечеловеческой, а общечеловеческое он ставил выше классового.)

«Многие полагают, – писал Чаянов, – что существующее частичное кооперирование хозяйств есть только переходная фаза и что со временем все процессы сельскохозяйственного производства будут кооперированы в «интегральную» земледельческую артель, своего рода земледельческую коммуну. Но крестьянское хозяйство должно кооперировать и коллективизировать те отрасли, в которых крупная форма производства имеет свои преимущества, и оставлять в индивидуальном семейном хозяйстве всё то, что лучше организуется в мелком предприятии. Трудовая коммуна всегда будет слабее трудового кооперированного хозяйства, так как по своей природе она принуждена организовывать в крупных формах не только те отрасли хозяйства, которые её выгодно так организовывать, но также и те, в которых мелкое производство технически всегда более совершенно».

С 1918 года Чаянов стал одним из самых молодых профессоров Московского сельскохозяйственного института и в этом качестве высказал немало ценных мыслей о задачах и методике работы высших учебных заведений.

До 1920 года Чаянов занимал руководящие посты в кооперации, а с 1920 года – в Народном комиссариате земледелия. В 1921 – 1923 гг., оставаясь членом коллегии наркомзема, был представителем наркомзема в Госплане. Занимая ответственные посты, Чаянов стал известен самым высоким должностным лицам СССР. Отдавая ему должное как высококвалифицированному специалисту, некоторые руководители в политическом отношении считали его честным буржуазным спецом или, в лучшем случае, сочувствующим попутчиком. Многогранный, неоднозначный человек не вписывался в схему, упрощённо делившую всех людей лишь на друзей и врагов.

В 1918 – 1921 гг. Чаянов занимается также литературой и историей. Он пишет «Историю Миюсской площади», фантастическую повесть «Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии», романтические повести «История парикмахерской куклы, или последняя любовь московского архитектора М.», «Венедиктов, или достопамятные события жизни моей», трагедию «Обманщики», по которой был поставлен спектакль в театре им. В.Ф. Комиссаржевской. Он становится активным членом общества «Старая Москва», где работает вместе с В.А. Гиляровским, братьями А.А. и Ю.А. Бахрушиными, П.В. Сытиным, а также одним из учредителей московского Русского общества друзей книги.

К 1925 г., в период новой экономической политики советского государства, группа Чаянова, тогда профессора экономического факультета Тимирязевской сельскохозяйственной академии, как с 1923 г. стал называться Московский сельскохозяйственный институт, провела работу по установлению оптимальных размеров сельскохозяйственных предприятий, определила количественный эффект землеустройства, разработала методы безденежного учёта хозяйства и нерыночных продуктов, а также таксацию вообще всех работ в сельском хозяйстве.

В.И. Ленин перед смертью (1924) написал две статьи, посвящённые кооперации (известно, что в его библиотеке были книги Чаянова). После этого слово «кооперация» стало самым популярным в обиходе. В связи с этим Чаянов в своей переизданной работе «Краткий курс кооперации» замечает: «Когда в наши дни говорят о будущем деревни, то чаще всего возлагают свои надежды на кооперацию… Однако это вовсе не означает, что многие отчётливо понимают сущность кооперации, её основные идеи и организационные принципы». Чаянов разъясняет свою мысль на конкретных примерах и говорит о том, что будущее сельского хозяйства за кооперацией. «Это будущее заставляет нас видеть в нашей работе… будущий грандиозный социально-экономический переворот, превращающий распылённое стихийное крестьянское хозяйство в стройное хозяйственное целое, в новую систему организации земледелия, и вполне согласиться с мыслью предсмертной статьи Ленина о том, что развитие кооперации совпадает с развитием социализма».

Летом 1924 года Чаянов заканчивает работу над главным трудом своей жизни «Организация крестьянского хозяйства». (Автор считал эту работу итогом своих более чем десятилетних изысканий, впервые сведённых вместе в книге «Учение о крестьянском хозяйстве», изданной на немецком языке в Берлине в 1923 году.) Едва появившись, работа Чаянова сразу же вызвала целый шквал замечаний и критических обзоров. Теоретические положения этой работы привели в конце концов к гибели как идеи, высказанной в книге, так и физическому устранению самого автора. Однако в то время он ещё не ждал такого оборота событий и наряду с кабинетной академической деятельностью много времени проводил в поле, на фермах, во дворах и избах крестьян.

Чаянов открывает для себя ещё одну стезю. Вместе с известным журналистом А.Г. Баргиным пишет киносценарий, по которому на киностудии «Межрабпомфильм» молодой режиссёр Л.Л. Оболенский ставит фильм с остродетективным сюжетом «Альбидум 0604» – так назывался особый засухоустойчивый и необычайно плодоносный сорт пшеницы. Продолжаются и беллетристические увлечения Чаянова. В 1928 году выходит в свет его последняя романтическая повесть «Юлия, или встречи под Новодевичьем».

Состоявшийся в декабре 1927 года XV съезд ВКП(б) провозгласил курс на коллективизацию сельского хозяйства. Путь деревни был предопределён ¬– она должна была стать колхозной. Эта установка противоречила теории Чаянова. (Чаянов считал кооперацию основой социально-экономического развития деревни. Масштабы кооперации зависят от состояния технической базы и преобразования этой базы. В сферу кооперирования вовлекаются прежде всего те функции, которые становится невыгодно выполнять в отдельном крестьянском хозяйстве. Эти функции должна выполнять не «горизонтальная»: артели, коммуны, товарищества, – а «вертикальная» концентрация крестьянских хозяйств на кооперативной основе: выделение функции снабжения, сбыта и переработки продукции. Участие крестьян в кооперации выводит их на внешние рынки и, в конечном итоге, в орбиту мирового хозяйства.)

Чаянов не был кабинетным затворником. Он знал жизнь и понимал, что его теории уже выходят из разряда научных дискуссий и трактуются как подрывная антисоветская деятельность. 12 декабря 1929 года в «Сельскохозяйственной газете» было опубликовано письмо Чаянова, где он признавал свои исторические прогнозы ошибочными, а теорию классовой кооперации и защиту индивидуального сектора сельского хозяйства «грубой и реакционной ошибкой». Однако это его покаяние не было принято во внимание. В стране царила атмосфера подозрительности, доносов и шпиономании. На открывшейся через неделю после публикации письма Чаянова конференции аграрников-марксистов «ошибкам» Чаянова и злокозненным заблуждениям его школы отводилось много места.

XVI съезд партии дал установку на «форсирование темпов создания материально-технической базы социализма, на ликвидацию всех капиталистических элементов в стране». 21 июля 1930 года Чаянова арестовали. Открытого суда над ним не было. Сначала он некоторое время сидел в тюрьме, где работал над двумя книгами: о внутрихозяйственном транспорте и об истории гравюры, а затем был сослан в Казахстан.

Чаянов приехал в Алма-Ату в первой половине 1932 года, а в 1933 – 1935 годах работал в Казахском сельскохозяйственном институте им. Л. И. Мирзояна. Как и в Москве, он не только преподавал, но и занимался приобщением студентов к искусству. Поставил на сцене институтского клуба 11 пьес и организовал издание «Ежегодника СХИ». Кроме занятий в институте, Чаянов работал старшим экономистом-аналитиком Наркомата земледелия в балансовой группе планово-финансового отдела. В 1935 – 1936 гг. работал в выставкоме по подготовке к Всесоюзной сельскохозяйственной выставке.

Постановлением Особого совещания при НКВД СССР от 28 июня 1935 г. срок ссылки Чаянова был продлён ещё на три года. В конце 1936 г. он был арестован ещё раз, но вскоре выпущен. Е. Д. Эйгинсон, бывший студент Казахского сельскохозяйственного института, случайно встретил Александра Васильевича неподалёку от тюрьмы. Он оброс бородой, был одет в рваную телогрейку, подошвы его ботинок были обмотаны проволокой. 16 марта 1937 г. Чаянов был арестован в последний раз. 3 октября 1937 года Особое совещание при НКВД СССР вынесло ему смертный приговор. Он был расстрелян в тот же день.

Из книги А.В. Чаянова «Возможное будущее сельского хозяйста»:

«Усовершенствования в области путей сообщения, радиосвязи и, по крайней мере, удесятерение количества людского населения нашей планеты заставят просто-напросто превратить всю её площадь в сплошные города-сады, прерываемые обширными, в несколько десятков километров, полянами цветов и растений, преследующих цель быть освежителями атмосферы, или же плодовыми садами, приносящими те фрукты, ароматность которых и вкус, по всем вероятиям, никогда не могут быть воссозданы химическим способом производства. Эстетические же соображения заставят покрыть остальную площадь нашей земли садами, где место теперешних полей злаков и культур льна и подсолнуха займут роскошные клумбы фиалок, роз и не виданных нами до сих пор, но совершенно изумительных цветов будущего. Можно сказать, что из всех наших культурных растений наилучшей будущностью и вечностью обладает, несомненно, красная роза, с её одуряющим, свежим, сладостным запахом – ей, и именно ей, должны будут уступить место все теперешние наши культурные растения, вытесняемые стальной машиной, изготовляющей из воздуха хлеб и ткани будущего».

1 Дополнительные биографические данные см.: Белых Г. Подвижничество //Тимирязевец (орган ТСХА). 1988. 15 января; Зараев М. Читая Чаянова //Сельская жизнь. 1988. 16 января; Мясоедов Б. Кто такой Чаянов //Книжное обозрение. 1988. 22 января; Коновалов В. Открытие Чаянова //Комсомольская правда. 1988. 29 января; Гавричкин В. Александр Чаянов - гражданин и ученый //Известия. 1988. 29 января; Балязин В. Возвращение. К 100-летию со дня рождения А. В. Чаянова //Октябрь. 1988. № 1; Пэнэжко П. Как ударили по "чаяновщине" //Огонек. 1988. № 10.

Александр Васильевич Чаянов , сын купца Василия Ивановича Чаянова и Елены Константиновны Клепиковой (из мещан), родился в Москве 17 января 1888 г.

Окончив частное реальное училище Воскресенского, юноша в 1906 г. поступил в Московский сельскохозяйственный институт (так тогда называлась Петровская сельскохозяйственная академия) скорее всего под влиянием родственников: его мать была одной из первых женщин, окончивших «Петровку», ее выпускником был и двоюродный брат Александра - известный опытник Сократ Константинович Чаянов.

С учебным заведением А. В. Чаянову повезло. Это были годы расцвета Петровской академии. Среди преподавательского состава выделялись профессора Н. Н. Худяков, А. Ф. Фортунатов, Д. Н. Прянишников, которые оказали самое благотворное влияние на юношу. А из студентов он сошелся со своим однокурсником Н. И. Вавиловым.

Вспоминая эти годы, Николай Иванович Вавилов писал: "Это была пора, когда в академии было 300 студентов, знавших друг друга, когда вся академия от профессоров до студентов была большой дружной семьей. То была пора кружков любителей естествознания, общественной агрономии, дополнявших и без того прекрасную школу. Студент ловил идеи у профессуры и сам быстро превращался в исследователя" 2 .

2 Вавилов Н.И. Из воспоминаний о Н. Н. Худякове //Известия сельско-яоэяйстнснной академии им. К. А. Тимирязева. 1928. № 3. С. 172.

А. В. Чаянов подготавливает много докладов в семинарах А. Ф. Фортунатова, В. Я. Железнова и др., с увлечением работает в лаборатории физиологии растений Н. Н. Худякова (только чудом не становится физиологом!), посещает наиболее популярные студенческие научные кружки, любителей естествознания и по общественной агрономии.

Достаточно назвать несколько из множества его докладов, чтобы судить о широте и разнообразии его интересов: "Теория предельной полезности по К. Менгеру", "Графический метод исследования функций двух переменных", "К вопросу о догме и критике технических методов статистического анализа", "Сравнение статистического метода с методами естественных наук" , "Факторы, обусловливающие пестропольную систему полевого хозяйства на юге России", "Значение изучения организационных планов крестьянского хозяйства для деятелей агрономической помощи населению", "Сущность и пределы науки", "Дарвинизм и социология", "Существует ли принципиальное различие между опытами и методами статистического исследования", "Общественные мероприятия в сельском хозяйстве Италии", "История сельского хозяйства в Бельгии" 3 .

3 ЦГИАМ. Ф. 642. Оп. Д. 189. Л..10.

В этом многообразии все же выделяется то главное, что впоследствиеи приобретает более четкие очертания. Первое - это попытка целостного, глобального восприятия и осмысления задач науки (с позиций и философии, и естествознания, и социологии, и политэкономии). Второе - это выбор основных направлений будущих исследований: крестьянское трудовое хозяйство, кооперация , общественная агрономия. Третье - это отработка инструментария, методики исследовательской работы, отсюда интерес к статистике и счетному методу.

Обращает на себя внимание интерес молодого студента, уже, на 1-м курсе, к трудам К. Менгера, основателя австрийской школы теории предельной полезности, а в дальнейшем и Э. Лаура, которые оказали влияние на ранние работы А. В. Чаянова.

Если принять во внимание живейший интерес молодого человека к истории, особенно истории Москвы, искусству, литературе, книге, причем интерес не дилетанта, а человека, профессионально постигающего суть предмета, то перед нами возникает формирующийся тип ученого эрудированного, разностороннего, словом, из тех. кого назовут последними энциклопедистами.

Во время каникул А. В. Чаянов посещает в 1908 г. Италию, а в 1909 г. - Бельгию. Он знакомится с этими странами не столько как турист, сколько как ученый. Молодой человек, которому едва исполнилось двадцать, в 1909 г. составляет настоящую программу ознакомления с постановкой в этих странах агрономического образования и кооперативной работы. Его доклады по возвращении на родину о своих впечатлениях пользуются популярностью не только в студенческой аудитории, но и среди кооператоров и агрономов.

Именно поэтому в 1908 г. появляется его первая печатная работа о кооперации в Италии. В последующие годы их число увеличивается, и в год окончания института (в 1911 г.) А. В. Чаянов уже был автором 18 печатных работ, которые были по достоинству оценены не только в институте, но и в кооперативно-агрономических кругах 4 . Он был оставлен для подготовки к научной и преподавательской работе при кафедре сельскохозяйственной экономии (летом 1910 г., еще до официального получения диплома об окончании института 5). Одновременно он привлекается к работе над бюджетными обследованиями, которая ему поручается агрономическим съездом Московской губернии, состоявшимся в 1911 г. А вскоре последуют приглашения для чтения различных экономических курсов в МСХИ, коммерческом институте, университете им. А. Л. Шанявского.

4 В СССР библиография трудов А. В. Чаянова была опубликована: Н. Д. Кондратьев, Н. П. Макаров, А. В. Чаянов, Д. Н. Челинцев. Указатель литературы, М.: ИНИОН. 1988.

5 Дипломная работа А. В. Чаянова "Южная граница распространения трехпольной системы полевого хозяйства на крестьянских землях России" была выполнена под руководством А. Ф. Фортунатова и одобрена Д. Н. Прянишниковым (ЦГИАМ. Ф. 228. Оп. 3. Д. 6657. Л. 11).

Но прежде, сдав магистрский экзамен в 1912 г., А. В. Чаянов совершил годичную командировку в Западную Европу, куда он был направлен на стажировку. Там он работает под руководством профессора В. О. Борткевича в Берлине и Д. Золла в Париже, где завершает "Очерки теории трудового хозяйства". Этим трудом он вносит важный вклад в формирование нового организационно-производственного направления русской экономической мысли.

А. В. Чаянов и его единомышленники А. Н. Челинцев, Н. П. Макаров, А. А. Рыбников ставили своей целью улучшение крестьянского трудового хозяйства на основе рациональной организации производства, его интенсификации за счет передовой технологии, кооперирования сбыта н переработки сельскохозяйственных продуктов и т. д.

Новая организация крестьянского хозяйства мыслилась организационно-производственным направлением вне ломки существующего политического и экономического строя России, В основе понимания природы крестьянского трудового хозяйства представителями организационно-производственного направления лежала семейно-трудовая теория, с помощью которой доказывались исключительная выживаемость и устойчнвость крестьянского хозяйства. Эта устойчивость многократно усиливалась посредством кооперации. Отсюда самое пристальное внимание уделялось теории н практике кооперативной работы.

Практическая работа А. В. Чаянова сосредоточивается в области крестьянского льноводства и льноводческой кооперации. Созданное А. В. Чаяновым. С. Л. Масловым, А. А. Рыбниковым, В. И. Анисимовым и др. в 1915 г. Центральное товарищество льноводов уверенно и поразительно быстро завоевывает внутренний и мировой рынок.

Успешная деятельность русской кооперации во многом зависела от наличия хорошо подготовленных кадров. Поэтому много внимания А. В. Чаянов отдает работе на различных кооперативных курсах. Наиболее широко, систематически и квалифицированно постановку кооперативного образования удались наладить Московскому народному университету им. А. Л. Шанявского. Здесь сосредоточиваются лучшие кооперативьи, силы: А. Е. Кулыжный, П. А. Садырин, С. Н. Прокопович, В. Н. Зельгейм, М. И. Туган-Барановский и др.

В этой. среде прочно утверждается молодой Чаянов, который, помимо чтения лекций по ряду экономических дисциплин, выполняет еще и обязанности секретаря кооперативного отдела Московского народного университета. Эта организационная рабша, связанная с постановкой учебного плана, приглашением преподавателей, организацией экскурсий для слушателей. проведением собеседований с ними и т. д., хотя и способствовала завязыванию многочисленных знакомств в научной и кооперативной среде, была очень хлопотной и отнимала мной времени и сил. А ведь он не прекращал своей основной работ в МСХИ. В 1915 г. Чаянов согласно формулярному списку значился преподавателем кафедры сельскохозяйственной экономии с годовым содержанием в 2100 руб.; он высочайше удостоен по ведомству Министерства земледелия чина коллежского секретаря 6 .

6 ЦГИАМ. Ф. 228. Оп. 2. Д. 317. Л. 207-208.

А. В. Чаянов прекрасно владеет аудиторией. Его лекции интересны и собирают много слушателей. Очень скоро ему будут поручать ответственные вводные лекции для молодых слушателей.

Петровка оставалась главной «средой обитания» А. В. Чаянова, но оживленным участком работы была кооперативная деятельность.

В 1915-1916 гг. кооперативный отдел университета им. А. Л.Шанявского - это по существу мозговой центр русской кооперации. Именно здесь формируется то ядро, которое в июле 1915 г. организует Всероссийский центральный кооперативный комитет, оформившийся в 1917 г. во Всероссийский Совет кооперативных съездов - высший орган кооперации. Именно это ядро решится выдвинуть в 1917 г. кооперацию в качестве самостоятельной общественной организации на политическое поприще.

Непременным участником всех кооперативных инициатив станет А. В. Чаянов. Его избирают в члены Всероссийского Совета кооперативных съездов, который выдвигает А. В. Чаянова в качестве представителя от кооперации в учреждения Временного правительства (Государственный комитет по народному образованию, Министерство земледелия, Предпарламент) и общественные организации (Лига аграрных реформ и др.).

Каковы были политические позиции А. В. Чаянова в период революции? Прежде всего надо подчеркнуть, что он никогда не состоял в какой-либо политической партии. Активзация его общественно-политической деятельности связана с общим национальным подъемом, с пробужденном «кооперативного самосознания», расширением сферы деятельности кооперации, ее распространением на культуру, просвещение, политику. В области кооперативной работы ранее всего и прочнее утвердил себя Чаянов как личность. Поэтому его общественно-политические позиции правомернее всего рассматривать в контексте с судьбами русской кооперации.

А кооператоры, претендуя на политической арене на роль "надклассовой" третьей силы и добившись некоторого успеха на этом поприще, были преисполнены самомнения и самоуверенности. Они даже выдвинули кооперативную группу в качестве особой, имеющей самостоятельную платформу на выборах в учредительное собрание, но потерпели неудачу.

Кооператорам, как и многим русским интеллигентам, пришлось пройти через наивную веру в очистительную силу Февральской революции (и, следовательно, во Временное правительство). И лишь немногие понимали, что она, не решив и сотой части своих задач, уже сходила с исторической арены.

Одним из нерешенных был аграрный вопрос. А. В. Чаянов выступил в Лиге аграрных реформ со своим пониманием предстоящей земельной реформы. Он был против раздела земли, ратовал за ее национализацию. Первыми шагами на этом пути должны стать: изъятие земли из торгового оборота, регулирование перехода земли из рук в руки через земельные комитеты, введение прогрессивного дифференцированного налога. Крупные хозяйства подлежали принудительному отчуждению (за выкуп), леса и специальные виды хозяйства (племенные, селекционные) национализировались. Государство должно было проводить мелиорационные и землестроительные мероприятия, организовать переселенческий фонд и проводить аграрную политику, облегчавшую развитие трудового хозяйства.

Однако (и в этом главное) любая программа, в том числе и чаяновская, предлагавшаяся без учета вопроса о власти, без учета стремительно нарастающего могучего крестьянского восстания, была утопичной и обреченной на неудачу.

То, что делали А. В. Чаянов и его коллеги в Лиге аграрных реформ, Главном земельном комитете, Министерстве земледелия и других организациях по учету земельного фонда, проведению переписей, тщательной проработке земельной реформы и различных подготовительных мер к ее проведению, было, безусловно, нужно. Но события нарастали катастрофически быстро. Требовалась немедленная передача земли крестьянам. Эсерствующие и беспартийные аграрники-специалисты так и не смогли решить противоречия между экономической гармонией и политической целесообразностью. Для них было ближе сохранение порядка, нежели его нарушение, даже во имя справедливости. (Хотя о каком порядке могла идти речь? Но даже тот относительный, который существовал, был бы неизбежно сметен "самым свирепым", по выражению В. И. Ленина, крестьянским восстанием.)

Венцом политической карьеры А. В. Чаянова в период буржуазной революции было выдвижение его на пост товарища министра земледелия в последнем составе правители. И хотя двадцатидевятилетний Чаянов пробыл всего около двух недель на этом посту и фактически мало что мог сделать (возможно, он помогал своему старому товарищу С. Л. Маслову готовить тот печально знаменитый проект земельной реформы, который сурово раскритиковал В. И. Ленин), морально он должен разделить с Временным правительством ответственность за то, что крестьяне не получили землю.

Кооператоры встретили Октябрьскую революцию настороженно, а некоторые враждебно. Эти настроения отразил состоявшийся в феврале 1918 г. в Москве I Всероссийский кооперативный съезд, который по существу выразил недоверие Советской власти. В числе выступавших на съезде был и А. В. Чаянов. Однако вскоре позиции кооперативных лидеров меняются в сторону установления контактов с Советской властью. В марте 1918 г. был заключен взаимовыгодный компромисс, закрепленный декретом от 12 апреля 1918 г.

Однако деловое, сравнительно бесконфликтное сотрудничество кооперации с Советской властью продолжалось недолго. Особенно напряженно проходил комбедовский период. Тенденция огосударствления кооперации и изменения принципов ее работы стала проявляться особенно ярко.

Важнейшим шагом на пути ликвидации самостоятельности кооперации явилась национализация Московского народного (кооперативного) банка. Переговоры делегации кооператоров чрезвычайного съезда акционеров банка с В. И. Лениным по поводу этой акции проходили в конце ноября 1918 г. В составе делегации был и А. В. Чаянов. На его вопрос, нельзя ли оставить МНБ как кредитный центр кооперации, который "сохранял бы свою самостоятельность", В. И. Ленин ответил, что он видит в этом выгоду. В. И. Ленин подчеркнул, что отношение Советской власти к Центросоюзу всегда было благожелательным, она всегда входила с ним в соглашение и такое же отношение возможно с МНБ 7 .

В резолюции ни слова не говорилось о слиянии кооперативного банка с государственным. Поэтому В. И. Ленин через два дня писал: "Представители съезда тогда заменили свою резолюцию другой, провели через съезд другую резолюцию, в которой вычеркнули все, что говорилось против слияния, но... ни выдвинули план особого "кредитного союза» кооператоров, ничем на деле не отличающегося от особого банка!" 8

2 декабря 1918 г. был принят декрет Совнаркома "О национализации Московского народного банка и кредитования кооперации" 9 . На балансе учреждений Народного банка РСФСР был открыт счет бывшего кооперативного банка 10 .

7 Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 37. С. 196-197; Кабанов В. В. Октябрьская революция и кооперация. М., 1973. С. 205.

8 Ленин 0. И. Полн. собр. соч. Т. 37. С. 196.

10 ЦГАНХ СССР. Ф. 2324, Оп. 4. Д. 1. Л. 12.

История национализации МНБ показала, что взаимопонимания договаривающихся сторон не произошло. Переговоры шли на "разных языках": кооператоры стояли на "кооперативных" принципах независимости кооперации от государства, В. И. Ленин полагал, что в новом обществе и кооперация должна строиться на новых принципах, которые вскоре и были изложены в ряде документов, особенно в декрете "О потребительской коммуне" от 20 марта 1919 г. Суть их - полный отказ от традиционных принципов кооператива - добровольности объединений, паев и т. д., принятие обязательного членства н пр. В результате ликвидации кредитного центра кооперация в сущности лишилась возможности свободного финансирования. Она получала от государства субсидии лишь под определенные торговые операции, проводившиеся по заданиям государства.

Все попытки получения иных источников (и форм) кредитования (в частности, из так называемого миллиардного фонда) не увенчались успехом.

Вопросы о сотрудничестве с Советской властью, о характере отношений с правительственными органами, об участии в них кооператоров и др. оживленно обсуждались с конца 1918 г. в кооперативных центрах, и прежде всего в идейном центре сельскохозяйственной кооперации - Сельскосовете.

Под председательством С. Л. Маслова здесь собирался весь цвет русской сельскохозяйственной кооперации: Н. В. Крылов, С. В. Бернштейн-Коган, А. Н. Минин, Н. П. Гибнер, Д. Г. Лихоносов, И. П. Матвеев, А. В. Чаянов. Эти члены Совета имели решающий голос. С правом совещательного голоса присутствовали: Н. И. Любимов, Н. Д. Кондратьев, Н. В. Воленс, Д. Г. Цвейгов, В. Н. Бреславец и др. На заседаниях часто присутствовали представители местных кооперативных союзов.

На этих заседаниях часто, иногда по нескольку раз, брал слово А. В. Чаянов. В архивном фонде Сельскосовета сохранились протоколы заседаний Совета, в которых зафиксированы все выступления А. В. Чаянова.

Так, на заседании 26 мая 1919 г. он выступил с докладом о схеме строительства сельскохозяйственной закупочной кооперации. Судя по тому, что на протяжении 1918 г. кооперация активно привлекалась правительством к распределительной и заготовительной работе, постановка подобного доклада была своевременной и актуальной.

Большинство рассматриваемых в Сельскосовете вопросов было так или иначе связано с вопросом о взаимоотношениях с органами Советской власти. При Наркомземе образуется кооперативный комитет, куда входит и А. В. Чаянов. Однако деятельность комитета не дала ощутимых результатов.

Начиная с февраля 1919 г. А. В. Чаянов, Н. В. Крылов и др. пытаются активизировать деятельность кооператоров. Однако это делать становилось все труднее из-за общего курса государства на интенсивное свертывание деятельности сельскохозяйственной кооперации. Многие кооператоры оставляют работу в кооперации.

С болью в сердце они пишут письмо В. И. Ленину, в котором указывают на разрушение крестьянских хозяйств, на развал кооперации. Критика кооператорами аграрной к продовольственной политики. Советской власти была резкой, но не контрреволюционной, ибо иная политика, предлагавшаяся кооператорами, конструировалась ими в рамках советской системы. И, стало быть, это не означало отхода кооператоров от Советской власти. Правда, кое-кто эмигрировал, но многие продолжали трудиться в народном хозяйстве.

А. В. Чаянов с 1919 г. сосредоточивает свою работу в Народном комиссариате земледелия. Одновременно он продолжает преподавательскую работу в МСХИ, университете им. А. Л. Шанявского. Он много размышляет и пишет о народном образовании, о постановке высшего образования. Его волнуют вопросы музейного дела. Он участвует в работе Всероссийского съезда по вопросам культурно-просветительной деятельности кооперации. Наконец, он пишет свою первую, повесть, которая выходит в 1918 г. Год ее выхода автор на обложке помечает необычно: "1 год республики". Эта маленькая деталь подчеркивает его причастность к происходившему.

Сопричастность к великим свершениям революции он подтверждает серьезной работой в Наркомземе по землеустройству.

По заданию Наркомзема он разрабатывает сложнейшие теоретические вопросы землеустройства, которые имели большое практическое значение. К своей работе он привлекает лучшие агрономические силы, а также экономистов, статистиков (Н. Д. Кондратьев, А. Г. Дояренко и др.). Организованный им в 1919 г. семинарий по сельскохозяйственной экономии и политике вплотную занят актуальными проблемами землеустройства.

Порученная работа была выполнена довольно скоро. 21 марта 1921 г. в государственное издательство было направлено письмо, подписанное руководством Наркомзема (И.А.Теодоровичем и Н. Осинским), в котором говорилось: "По поручению Наркомзема Высшим семинарием сельскохозяйственной экономии и политики при Петровской сельскохозяйственной академии под руководством профессора А. В. Чаянова была предпринята научная разработка некоторых основных проблем землеустройства, доныне совершенно не освещенных в русской экономической литературе. В настоящее время уже закончены разработкой две чрезвычайно важные для научной постановки современных землеустроительных работ проблемы: 1) Оптимальные размеры площади сельскохозяйственного предприятия; 2) Методы определения количественного эффекта землеустроительных работ" 11 . Наркомзем ходатайствовал перед Госиздатом о срочном издании этих работ, каковые и вышли спустя некоторое время, выдержав несколько изданий.

11 ЦГАНХ СССР. Ф. 478. Оп. 6. Д. 1838. Д. 48-48 об.

Активная работа А. В. Чаянова в Наркомземе не была случайной. Страна испытывала острый недостаток в специалистах. И лучшие из них работали и в науке, и в высшей школе, и в кооперации, и в высших государственных учреждениях. Это имело несомненные плюсы: наука четко знала, что требуется практике, а вузы были осведомлены о ее потребностях, что способствовало целенаправленной подготовке будущих специалистов. Такое положение соответствовало и разносторонним интересам А. В. Чаянова, постоянно стремившегося глубоко вникнуть в суть дела, довести его до конца и осуществить в жизни. И в этом еще одна его характерная черта: и стремление, и умение сочетать теорию с практикой-

Весной 1921 т., в "переломный момент перехода к нэпу, А.В. Чаянов работает в очень ответственной комиссии по продналогу при Наркомземе (вместе с И. А. Теодоровичем, Б. Н. Книповичем, А. К. Берзиным, Н; Д. Кондратьевым и др.). Комиссия разработала и приняла 31 марта "Основные принципы построения продналога". В основу перехода от продразверстки к продналогу были положены учет интереса крестьянина, стимулирование его к хозяйственной деятельности.

Глубокие знания крестьянского хозяйства, правильное понимание экономической и политической ситуации, высокий профессионализм, наконец, успешные выполнения заданий руководства Наркомзема способствовали росту авторитета А. В. Чаянова не только в научной и кооперативной среде, но и среди советских и партийных работников. И не случайно в феврале 1921 г. он утверждается членом коллегии Наркомзема (с совещательным голосом) 12 . Тогда же, в феврале, В И. Ленин предложил включить А. В. Чаянова в состав только что образованного Госплана 13 . А в апреле в связи с учреждением экономического совещания при плановой комиссии Наркомзема его назначают заместителем председателя этого совещания 14 , призванного начать разработку мероприятий по подьему производительных сил сельского хозяйства.

12 ЦГАНХ СССР. Ф. 478. Оп. 1. Д. 473. Л. 47.

13 Однако по каким-то причинам А. В. Чаянов не стал членом Госплава. Просмотр протоколов сельскохозяйствен кой секции н Президиума Госплана показал, что среди присутствовавших на заседаниях в течение 1921-1922 гг. его не было. Но он осуществлял представительство Наркомзема в Госплане.

14 ЦГАНХ СССР. Ф. 478. Оп. Д. 473. Л. 86.

Являясь весьма авторитетным членом коллегии Наркомзема, полное уважение и доверие к которому проявило тогдашнее руководство наркомата, А. В. Чаянов принимал самое непосредственное участие в подготовке важных документов комиссариата С его участием подготавливались такие документы, как проекты постановлений о нормах обложения продналогом картофелеводческих хозяйств, об упорядочении крестьянской труд-гужповинности, об улучшении постановки сельскохозяйственного образования, о концессиях и арендах в сельском хозяйстве, о концессиях на производство сельскохозяйственных машин и др.

А. В. Чаянов жил жизнью страны и искал приемлемые формы и способы возрождения народного хозяйства. Самым, пожалуй, главным в его работе этого периода была подготовка первого плана восстановления сельского хозяйства.

23 ноября 1921 г. на объединенном заседании президиума Госплана с сельскохозяйственной секцией Госплана и представителями Наркомзема был заслушан доклад А. В. Чаянова «Генеральный план Наркомзема на 1921-1922 гг.» Под председательством Г. М. Кржижановского здесь, сбирались ученые, специалисты сельского хозяйства, статистики: В. Л. Вильямс, Д. Н. Прянишников, А. Е. Лисицкий, А. И. Хрящева, П. И. Попов, Н. Д. Кондратьев, А. В. Тейтель, Н. П. Огановский и др. Обсудив доклад, Госплан постановил: "Заслушав генеральный план НКЗ на 1921-1922 гг., Госплан признал его в основе построенным правильно и рассматривает его как программу первого реалистического подхода к построению единого сельскохозяйственного плана" 15 . В дальнейшем А. В. Чаянов отходит от работы по планированию.

15 ЦГАНХ СССР. Ф. 478, Оп. 1. Д. 773. Л. 67, 113, 210, 212 и др.

1922 г. вносит много перемен в жизнь А. В. Чаянова. На базе семинария по сельскохозяйственной экономии и политике создается научно-исследовательский институт под тем же названием. Его директором становится А. В. Чаянов. Происходят изменения в личной жизни; он женится на Ольге Эммануиловне Гуревич. В том же году А. В. Чаянов получает длительную заграничную командировку.

Поездка предстояла весьма ответственная и.преследовала несколько целей. Прежде всего это посещение международного конгресса по маслоделию, который состоялся в США. Далее необходимо было помочь наладить внешнеторговые связи Советского государства с помощью кооперации. Большую роль здесь должен был сыграть нарком внешней торговли Л. Б. Красин, введенный в состав правления Центросоюза и выступавший за рубежом в качестве его представителя. В распоряжение Красина и направлялся А. В. Чаянов. Кроме того, ему поручалось содействовать возвращению на родину Н. П. Макарова и А. Н. Челинцева. И наконец, предстояла обширная программа научных работ, связанных с изучением мирового сельского хозяйства в научных и практических целях.

Отправившись за рубеж весной 1922 г., А. В. Чаянов и его жена пробыли там полтора года.

За рубежом, в мае 1923 г., рождается их первенец - сын Никита. В конце мая А. В. Чаянов в письме Г. А. Студеяскому сообщает: "У меня все по-прежнему благополучно. Сын ведет себя великолепно.и работать не мешает" 16 .

16 Там же. Оп. 2. И. 1239. Л. 36.

Летом 1923 г. они живут в маленьком немецком городке Гейдельберге, что расположен между Франкфуртом-на-Майне и Штутгартом, недалеко от Мангейма, Отсюда в июне он буквально бомбардирует Наркомзем и экономистов-аграрников письмами с весьма интересными предложениями.

Дело в том, что среди экономистов Запада, немецких прежде всего (профессор Зеринг), зарождается замысел грандиозного труда "Положение мирового сельского хозяйства и торговля сельскохозяйственными продуктами после- войны». Приглашались и русские ученые, авторский коллектив которых стал формировать А. В. Чаянов. Как ответственный редактор русского отдела серии, он пытается привлечь к работе Н. П. Макарова, Н. П. Огановского. А. Н. Челинцева, А. И. Хрящеву, Б. Н. Кииповича, Г. А. Студенского, А. Е. Ло-сицкого, Н. Д. Кондратьева, И. М. Жирковича, П. И. Лященко и др. Наркомзем весьма положительно отнесся к этой инициативе.

За рубежом А. В. Чаянов вновь берется за разработку своей теории крестьянского хозяйства. Несколько статей он публикует в немецких журналах, а главный свой труд по этой проблеме - "Учение о крестьянском хозяйстве" - выпускает в Берлине в 1923 г. На родине он выйдет в 1925 г. под названием "Организация крестьянского хозяйства", а в 1927 г. с немецкого издания осуществится перевод на японский язык.

За границей А. В. Чаянов пишет третью романтическую повесть "Венецианское зеркало, или Диковинные похождения стеклянного человека" и издает ее в Берлине (вторая повесть "Венедиктов, или Достопамятные события жизни моей" вышла в Москве в 1922 г.). Все повести вышли под псевдонимом "Ботаник X" 17 .

Помимо всего прочего, А. В. Чаянов занимается очень нужной для всех работой-закупает в счет выделенных специально средств книги. Эти книги предназначены для Наркомзема и для института, которым он руководит.

В письме из Гейдельберга от 15 июня 1923 г. он сообщает;о том, что весьма прилежно занимается поручением коллегии Наркомзема. И здесь проявляются удивительная реалистичность, хладнокровие, выдержка, в конечном счете умение торговать. Он пишет: "Закупка затруднялась необходимостью самого тщательного отбора книг и выжиданием конъюнктуры рынка. Куплены книги в большинстве дешево в момент падения курса марки" 18 .

Играли свою роль, конечно, и старые связи, авторитет А. В. Чаянова как ученого.. Он подчеркивал: "Закупки продолжаются. Должен отметить исключительное внимание и содействие ряда заграничных ученых: немцев, англичан и русских" 19 .

17 Характеристику художественных произведений А, В. Чаянова см.: Смиренский Б. Перо и меч. М., 1967; Ласунский О. Чаяновские издания// Подъем, 1968. № 3; Он же. Власть книги. М., 1980; Вулис А. Что может отразиться в зеркале?// Вопросы литературы. 1987, № 1 и др.

18 ЦГАНХ СССР. Ф. 478. Оп. 1. Д. 1185. Л. 19.

19 Там же. Количество книг, закупленных за границей А. В. Чаяновым, было, видимо, достаточно велико. По данным Центральной сельскохозяйственной библиотеки за 1923-1925 гг., из иностранных издательств, получено около 4000 книг (ЦГАНХ СССР, Ф. 478. Оп. 3. Д. 2780. Л. 48).

Результаты поездки за рубеж оказались положительными. Светская кооперация уверенно выходила на мировой рыной, возможности которого для России заметно расширялись благодаря установлению дипломатических отношений с рядом стран. И здесь А. В. Чаянов внес свою лепту: он участвовал в подготовке материалов для Генуэзской конференции. Были установлены полезные контакты с иностранными учеными. Русская наука активно выходит из изоляции. Начинается тесное сотрудничество с английскими, немецкими, французскими, американскими и другими учеными. Русская наука утверждает свой авторитет на самых передовых рубежах.

По возвращении в Россию в конце 1923 г. А. В. Чаянов основное внимание сосредоточивает на научной и преподавательской работе, хотя некоторые обязанности (координация с кооперативными центрами) остаются за ним в Наркомземе.

В 1923-1924 гг. заметное влияние в аграрной среде, среди ученых-экономистов, в высших учебных заведениях получает организационно-производственное направление. Главные силы "организационников" группируются в ТСХА, где они возглавляют важнейшие кафедры экономического факультета: кафедрой "Организация сельского хозяйства" руководит профессор А. В. Чаянов, кафедрой "Планирование сельского хозяйства" - профессор Н. П. Макаров, кафедрой "Районирование сельского хозяйства" - профессор А. Н. Челинцев, кафедрой "Экономическая география" - профессор А. А. Рыбников. Все они в расцвете сил. К середине 20-х годов А. В. Чаянову и Н. П. Макарову нет и 40 лет, а А. А. Рыбникову и А. Н. Челинцеву - еще нет и 50.

Плодотворно работает руководимый А. В. Чаяновым институт сельскохозяйственной экономии. За 10 лет работы институт издал около 50 томов своих трудов. Направление работы института было и теоретическим, и практическим. В теоретическом плане работа сосредоточилась на развитии теории крестьянского хозяйства, на разработке теории размещения (наподобие теории Вебера для промышленности). В практическом отношении исследуются проблемы кредита, ирригации, оптимальных размеров сельскохозяйственных предприятий. Здесь как бы заказчиком является Наркомзем, по поручению которого и ведется разработка названных тем. Тем самым институт выступает в некотором отношении научно-исследовательским центром Наркомзема.

Институт А. В. Чаянова стремительно разрастался. Отпочковывались в самостоятельные научные организации коллективы;-разрабатывающие комплексы отдельных программ. Так, направление по изучению цен на сельскохозяйственную продукцию, возглавляемое Н. Д. Кондратьевым, оформилось в качестве самостоятельного Конъюнктурного института, предметом исследования которого стала вся мировая экономика.

Не прекращает А. В. Чаянов и литературных занятий. В 1924 г. выходит в свет его четвертая повесть "Необычайные, но истинные приключения графа Федора Михайловича Бутурлина".

А. В. Чаянов любид свой город и не только населял его "домашними дьяволами". У него есть странички истории Москвы. например, истории Миусской площади. Предмет.его специальных изысканий - топография древней Москвы. Своими находками и гипотезами А. В. Чаянов охотно делился с такими же, как и он сам, энтузиастами. Долгие годы А. В. Чаянов состоял членом общества "Старая Москва", куда входили ученые, художники, театральные работники, писатели. А. В. Чаянов в «Старой Москве» сделал несколько докладов об опыте построения топографии Москвы XIII-XVII вв., которые вызвали восторженный отзыв А. М. Васнецова.

Проблематика докладов «Старой Москвы» смыкалась с интересами Русского общества друзей книги, одним из учредителен которого был А. В. Чаянов (1920 г.). Здесь можно было услышать увлекательные рассказы о графическом орнаменте древнепечатных книг, о старой книжной Москве, о книжной торговле, о встречах в книжном мире и, конечно же, о поисках библиотеки Ивана Грозного. Вообще здесь были доклады, которые не могли оставить равнодушными любителей московской старины о московских легендах, о подземных ходах под Москвой, о создании исторического плана подземной Москвы и пр.

И наконец, бесконечные беседы единомышленников о русской старине, о книгах. О библиофильской страсти А. В. Чаянова помнят старые москвичи. По свидетельству старых библиофилов, он собрал уникальную библиотеку, которая насчитывала более 5 тыс. томов (на 1925 г.). На нее была выдана государственная охранная грамота.

В середине 20-х годов А. В. Чаянов выпускает последнюю работу по теории крестьянского хозяйства 20 .

20 См. А.В.Чаянов "Крестьянское хозяйство", М., "Экономика", 1989, с. 193-442.

Практические рекомендации А. В. Чаянова, как и в целом представителей организационного направления, в плане устройства крестьянского хозяйства, организации ему агрономической помощи (в 1924 г. выходит 3-м изданием его книга "Основные идеи и методы работы общественной агрономии"), его кооперирования (в 1925 г. 4-м и 5-м изданиями выходит его "Краткий курс кооперации") имели важное значение. Эти рекомендации уже давно выходили за рамки индивидуального хозяйства и касались проблем развития такого крестьянского.хозяйства, которое в той или иной форме втягивалось в систему общественных отношений. В этом плане очень плодотворной была идея создания местных агрокомбинатов 21 .

Главной формой втягивания крестьян в обобществленное производство была кооперация. В 1927 г. выходит 2-е издание книги А. В. Чаянова "Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации", в которой систематизирована его кооперативная теория. Кооперация - это путь и формы облегчения труда крестьянина и улучшения его жизни путем постепенного кооперирования тех производственных процессов, которые ему выгодны. А. В. Чаянов полагал, что с помощью кооперации можно избавить крестьян от нищеты и закабаления. В сущности в этом стремлении - безболезненном и эволюционном переходе к социальным улучшениям и совершенствованию - А. В. Чаянов не отличался от своих предшественников - социалистов-утопистов. Но как все принципиально меняется после Октябрьской революции, с переходом власти в руки пролетариата. "В мечтаниях старых кооператоров, - писал В. И. Ленин в статье "О кооперации", - много фантазии. Они смешны часто своей фантастичностью. Но в чем состоит их фантастичность? В том, что люди не понимают основного, коренного значения политической борьбы рабочего класса за свержение господства эксплуататоров. Теперь у нас это свержение состоялось, и теперь многое из того, что было фантастического, даже романтического, даже пошлого в мечтаниях старых кооператоров, становится самой неподкрашенной действительностью" 22 .

Взгляды А. В. Чаянова на кооперацию не оставались неизменными. Социально-экономические сдвиги, происходившие в стране, ленинские оценки сущности кооперации при социализме, естественно, вносили уточнения в его позиции. Имея в виду статью В. И. Ленина "О кооперации", А. В. Чаянов писал: "Процесс перерождения внутреннего социально-экономического содержания кооперативного движения, при замене политического господства капитализма властью трудящихся масс, с особенной ясностью был освещен в предсмертных статьях В. И. Ленина о кооперации" 23 .

21 Чаянов А. В. Местные комбинаты по первичной переработке сельскохозяйственных продуктов//Сельское хозяйство на путях восстановления. М., 1925.

22 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 45. С. 369.

23 Чаянов А. В. Основные идеа и формы организации сельскохозяйственной кооперации. М., 1927. С. 25.

Жизнь приблизила сроки, возможности и необходимость социалистического переустройства деревни. Отсюда возникает чаяновский план «кооперативной коллективизации». Суть его - внесение в сравнительно медленный эволюционный процесс постепенного кооперирования несколько большего акцента на создании производственных форм. "Единственно возможный в наших условиях путь внесения в крестьянское хозяйство элементов крупного хозяйства, индустриализации и государственного плана -писал А. В. Чаянов, - это путь кооперативной коллективизации, постепенного и последовательного отщепления отдельных отраслей от индивидуальных хозяйств и организации их в высших формах крупных общественных предприятий" 24 .

Теория кооперативной коллективизации опиралась на реальные процессы развития кооперации в деревне 20-х годов и не противоречила ленинскому кооперативному плану. Но если у В. И. Ленина на первом месте, на переднем плане был социально-политический аспект преобразования производственных отношений, то у А. В. Чаянова - скорее технологический. В отношении срока перехода "к крупному производству на началах добровольного объединения» В. И. Ленин писал, что таковое на основе кооперативной политики может произойти «в неопределенный срок" 25 . А. В. Чаянов, судя по всему, стоял на таких же позициях.

Кооперативный план В. И. Ленина вобрал лучшие достижения теории и практики кооперативного движения. Известно, что перед тем, как продиктовать статью "О кооперации", В. И. Ленин заказал в библиотеке литературу по кооперации, в числе прочих была и книга А. В. Чаянова "Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации" (М., 1919). И в ленинской библиотеке в Кремле имелось семь работ А. В. Чаянова.

А. В. Чаянов высоко оценил статью В. И. Ленина "О кооперации". Он считал, что после этой ленинской работы "кооперация делается одной из основ нашей экономической политики" 26 .

24 Чаянов А. В. Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации. М, 1927. С. 25.

25 Ленин В. И. Поли. собр. соч. Т. 43. С- 227.

26 Чаянов А. В. Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации. С. 25.

Однако если взгляды А. В. Чаянова на кооперацию не противоречили ленинскому кооперативному плану, то они стали противоречить той политике в деревне, которая стала проводиться после XV съезда партии. Чем дальше, тем больше кооперативная коллективизация не вписывалась во все ускоряющийся темп преобразования деревни. А сам А. В. Чаянов все чаще называется буржуазным или мелкобуржуазным профессором. Его взгляды квалифицируются как «неонароднические», естественно, далекие от понимания задач социалистического строительства.

Роковую роль для А. В. Чаянова и его соратников сыграла дискуссия 1927 г. о дифференциации крестьянства. Объективно вопрос о классовом расслоении назрел. Куда оно идет? Интенсивно ли происходит расслоение? Происходит ли вымыванне середняка? Представляет ли опасность кулак? Все эти вопросы имели важное практическое значение для судеб крестьянства, для страны в целом.

Однако объективная научная полемика была подменена избиением несогласных с точкой зрения так называемых аграрников-марксистов, т. е. тех, кто группировался вокруг Л. Н. Крицмана и его окружения из Комакадемни.

А. В. Чаянова, Н. Д. Кондратьева и других обвиняли в стремлении увековечить индивидуальное хозяйство. Но критики не замечали, насколько крестьянство уже втянуто кооперацией в систему социалистических отношений, что это уже было не то крестьянство, что в начале революции. Кооперация сочетала в себе такую степень личной заинтересованности населения и государственного интереса, которая давала возможность безболезненно и без ломки, медленно, но верно вводить крестьянина в социализм.

В 1928 г. последовали "оргвыводы": А. В. Чаянов покинул пост директора основанного им института сельскохозяйственной экономии, а сам институт был преобразован в НИИ крупного социалистического хозяйства, членом коллегий которого А. В. Чаянов был все же оставлен. "Трешников" вынудили к публичному признанию своих ошибок. Покатилась волна покаяний. С самокритикой выступили Н. П. Макаров, Н. Д. Кондратьев, А. Н. Челинцев, А. В. Чаянов.

Нет, жизнь на этом не кончалась. Авторитет А. В. Чаянова был высок. Он продолжал преподавать. Привлекался к хозяйственной работе: был консультантом правления Зернотреста, выбирался в научно-технический совет Главного хлопкового комитета ВСНХ 27 и другие организаций и учреждения. Его продолжали публиковать, но чаще, правда, в сопровождении отмежевывающихся редакционных оговорок.

27 ЦГАНХ СССР. Ф. 3429. Оп. 7. Д. 1346. Л. 23

В 1928 г. выходит в свет последняя, пятая его повесть "Юлия, или Встречи под Новодевичем". А. В. Чаянов пишет киносценарий, который принимают, и в 1928 г. выходит фильм "Альбидиум".

Он по-прежнему остается блестящим лектором и одним из популярнейших и любимых профессоров ТСХА.

Но все же что-то незаметно меняется. Нагнетается обстановка. Начинается цепь судебных политических процессов. Все с большим недоверием относятся к старым специалистам. И не замечают новых интересных идей, которые у них возникают.

Знакомство с практикой работы совхозов и личное участие в разработке проектов организации совхозов (Пахта-Арал и др.), а также первого в стране агроиндустриального комбината (Дигорского в Осетии) давали богатый материал для размышления о перспективах крупных социалистических предприятий. Своими размышлениями о принципах организации сввхозов А. В. Чаянов делится на страницах ряда журналов 28 , готовит к печати большую монографию Организация крупного хозяйства эпохи социалистической реконструкции земледелия», которая, однако, так и не вышла в свет.

28 Чаянов А. В. Методы составления организационных планов крупных сельскохозяйственных предприятий в условиях советской экономики. //бюллетень НИИ сельскохозяйственной экономии. 1928, № 1-4; Он же. Эволюция идеи о совхозах//Совхоз. 1928. № 9-10; Он же. Сегодняшний и завтрашний крупного земледелия//Экономическая жизнь. 1929. № 9; Он же Техническая организация зерновой фабрики/Экономическое обозрение. 1029. № 12; Он же. Организация крупных льнотравопольных совхозов//Совхоз. 1929 № 6; Он же. К вопросу о проектировании крупных совхозов//Совхоз. 1930. № 11; Он же. Технико-экономические вопросы строительства социалистического земледелия//Научное слово. 1930, № 4.

Резкий поворот к такой новой, неожиданной проблеме, прямо противоположной тому, чем до сих пор занимался А. В. Чаянов, объясним. Он прекрасно понимал, что в складывающихся условиях с крестьянским хозяйством было покончено. Оно разрушалось на глазах. Коллективизация, с помощью которой создавался класс колхозного крестьянства, не соответствовала его представлениям о втягивании крестьян в социализм посредством естественного кооперирования. Он органически не мог участвовать в этой работе. Единственная область, где ему еще оставалась возможность применить свои знания и опыт на практике, - это совхозное строительство. Но несмотря на прекрасно отработанную систему определения оптимальных размеров сельскохозяйственных предприятий, страну захлестнула волна гигантомании.

1929 г. стал поистине годом "великого перелома". Переломили и переломали многое. Покаянные речи, а главное - практика их появления в новом свете представляют нам атмосферу того времени - напряженно-противоречивую, из которой в 1937 г. оставался шаг-другой.

Тревожное сгущение общественной атмосферы ощущалось повсюду. Осень 1929 г. стала тяжелым временем для М. А. Булгакова, Е. И. Замятина, Б. А. Пильняка. В печати, на собраниях Всероссийского союза писателей осуждались их произведения. Неотвратимо надвигалась трагедия В. Маяковского. С 1929 г. начались гонения на генетиков. Резко, меняется куре в кадровой политике, которая окрашивается в своеобразные пролеткультовские тона. Меняются ритм и методы социалистического строительства: на смену научно обоснованному планомерному созиданию врывается форсированное продвижение с помощью административно-командного метода. Модными становятся слова "бешеныв темп", "бешеная энергия". И ярче всего эта бешеная гонка проявилась в коллективизации.

В этих условиях ученые становятся лишними. Впрочем, на них удобно свалить всю вину за издержки, неудачи, просчеты и ошибки, которых становилось все больше.

В такой обстановке логично завершался 1929 г. В конце декабря состоялась знаменитая конференция аграрников-марксистов. С речью выступил И. В. Сталин, который отметил отставание работы на идеологическом фронте от задач классовой борьбы, подверг резкой критике так называемые мелкобуржуазные теории в аграрном вопросе.

Он упрощал теорию до примитивизма. Представлял очевидным то, что требовало доказательств. Раздел доклада "Теория "устойчивости" мелкокрестьянского хозяйства" - наглядный пример тому. В самом деле, что привязывало, привязывает и будет еще привязывать мелкого крестьянина в Западной Европе к его мелкому товарному хозяйству?" - спрашивал он и отвечал: "Прежде всего и главным образом наличие своего собственного клочка земли, наличие частной собственности на землю... Можно ли сказать, что этот фактор в таком его виде продолжает действовать и у нас, в условиях советских порядков? Нет, нельзя сказать. Нельзя сказать, так как у нас нет частной собственности на землю. И именно потому, что у нас нет частной собственности на землю, у нас нет и той рабской приверженности крестьянина к клочку земли, которая имеется на Западе. И это обстоятельство не может не облегчить перехода мел ко крестьянского хозяйства на рельсы колхозов" 29 .

Одна псегадолегкость моментально рождает следующую и далее в таком же духе по цепочке.

В вышеизложенном Сталин видел одну из причин того, что "«крупным хозяйствам в деревне, колхозам в деревне удается так легко демонстрировать у нас, в условиях национализации земли, свое превосходство над мелким крестьянским хозяйством".

«Вот где, - продолжал он,-великое революционное значение советских аграрных законов, уничтоживших абсолютную ренту, отменивших частную собственность на землю и установивших национализацию земли. Но из этого следует, что мы имеем в своем распоряжении новый аргумент против буржуазных экономистов, провозглашающих устойчивость мелкокрестьянского хозяйства в его борьбе с крупным хозяйством" 30 .

29 Сталин И. В. Сот. Т. 12. С. 150-151.

30 Там же. С. 151.

Здесь все лживо, начиная с самой посылки. Главная и роковая ошибка - в том мнении, что у нашего крестьянина нет привязанности к своему клочку земли.

Сталин произнес имя А. В. Чаянова во множественном числе. Это послужило как бы сигналом для так называемых аграрников-марксистов, многие из которых еще недавно признавали авторитет А. В. Чаянова, а некоторые были его учениками.

Обрушившиеся на А. В. Чаянова обвинения позволили им торжествовать победу над инакомыслящими. Но пройдет еще немного времени - и победители по закономерности складывавшейся административной системы разделят судьбу побежденных (и, стало быть, тоже окажутся.немарксистами?).

Признание научной несостоятельности организационно-производственного направления, равно как и иных направлений,. было тем самым обеспечено. Это облегчало в свою очередь следующий шаг - обвинить их представителей во вредительстве и убрать из жизни.

И еще одно обстоятельство следует принять во внимание. Позиции А. В. Чаянова были близки Н. И. Бухарину. Поход против А. В. Чаянова и его последствия стал» платформой для обвинения "правых".

Таким образом, здесь завязалась сложная игра, из которой А. В. Чаянова пора было уже выводить. 21 июля 1930 г. он был арестован. Ему было предъявлено обвинение в принадлежности к мифической "Трудовой крестьянской партии", о которой он не имел ни малейшего представления. Затевался новый громкий судебный процесс.

В ожидании его А. В. Чаянов, находясь в Бутырской тюрьме (конец 1930 г. - начало 1931 г.), в свободное от допросов время продолжает работать. Он пишет работу по истории западноевропейской гравюры и экономическое исследование "Внутрихозяйственный транспорт. Материалы к пятилетке 1933- 1937 гг." Он продолжает жить жизнью страны, как будто ничего не случилось.

Открытый процесс над "Трудовой крестьянской партией" не состоялся. Но А. В. Чаянов отсидел четыре года в тюрьме н был сослан в Алма-Ату. Здесь он какое-то время работал в республиканском комиссариате земледелия.

В 1937 г. А. В. Чаянову было предъявлено новое нелепое обвинение. 3 октября 1937 г. он был приговорен к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение в этот же день. Он погиб в возрасте 49 лет.

Как много он мог бы еще сделать. Говорят, что и там, в тюрьме, он писал свой последний роман "Юрий Суздальский"…

(17 января 1888, Москва, – 3 октября 1937). Родился в купеческо-мещанской семье выходцев из крестьян. Окончив реальное училище, поступил в 1906 в Московский сельскохозяйственный институт (МСХИ; позже – Петровская, ныне Тимирязевская сельскохозяйственная академия), где преподавали Д.Н. Прянишников, А.Ф. Фортунатов, Н.Н. Худяков. Испытав влияние революционных идей 1905 – 07, стал убежденным социалистом, но беспартийным. В каникулы 1908 и 1909 студент Чаянов знакомился с организацией агрономии и сельскохозяйственной кооперации Италии и Бельгии. Свои наблюдения и выводы опубликовал в 1909 и 1910 в журнале "Вестник Сельского Хозяйства" и в отдельной брошюре; в них Чаянов впервые сформулировал представление о том, что внутренняя структура крестьянского хозяйства «раскрывает перед нами связку, ряд отдельных сельскохозяйственных технических процессов, которые волевою деятельностью "хозяйственного человека" соединяются экономически в хозяйство... Каждый из этих процессов настолько самостоятелен, что может быть выделен, не нарушая общего организационного плана хозяйства» ("Вестник Сельского Хозяйства ", 1909, № 36, с. 8 – 9). Этот вывод явился для студента Чаянова отправным в оценке сущности и значения крестьянской кооперации: ".,возможность? без крупной ломки организационного плана мелкого сельского хозяйства организовать некоторые его отдельные технические, хозяйственные процессы, в которых крупное производство имеет несомненное преимущество, .,путем выделения их и слияния с подобными процессами у соседей в кооперативе" (там же). Поиск путей включения в современную экономику не только для "сильных", но для всей массы трудовых (как правило, не принимающих наемного труда) крестьянских хозяйств объясняет отрицательное отношение Чаянова к аграрной реформе П.А. Столыпина.

Получив в 1911 диплом ученого-агронома 1-й степени, Чаянов преподавал в МСХИ, Народном университете А.Л. Шанявского и других. В 1912 был в командировке (Англия, Франция, Германия, Швейцария, Италия) "для подготовки к занятию кафедры сельскохозяйственной экономии", одновременно работал над "Очерками по теории трудового хозяйства" (М., ч. 1 – 2, 1912 – 13). В 1915 вышел в свет "Краткий курс кооперации" (М.), в котором он знакомил читателей с историей кооперативного движения в России и за рубежом, раскрывал сущность организации кредитных товариществ, потребительских обществ и производственных кооперативов. В научном отношении Чаянов с первых публикаций примыкал к "организационно-производственной школе", заложенной в 1904 А.Н. Челинцевым, став затем ее ведущим представителем и фактически главой (в 20-х гг. это научное направление получило название "школы Чаянова"). Преподавательскую и исследовательскую деятельность Чаянов сочетал с участием в кооперативных и общественных организациях. В годы первой мировой войны работал в различных комиссиях Особого совещания по продовольствию, в продовольственных организациях Всероссийского земского союза и экономического отдела Всероссийского Союза городов, участвуя, в частности, в составлении Общего плана обеспечения продовольствием населения (1916). В 1915 адъюнкт-профессор Чаянов стал одним из организаторов и руководителей Центрального товарищества льноводов (Центрального союза льноводческих кооперативов – Льноцентра). В научном плане одним из главных направлений деятельности Чаянова была дальнейшая разработка теории крестьянского хозяйства.

Активный участник событий Февральской революции 1917, Чаянов прежде всего стремился способствовать радикальным преобразованиям в сельском хозяйстве. На Всероссийском кооперативном съезде (25 – 27 марта) был избран членом Совета Всероссийских кооперативных съездов – высшего органа управления кооперативным движением. Оказывая решительную поддержку Временному правительству, Чаянов считал необходимой консолидацию общественных сил, чтобы справиться с усугублявшимся разорением страны. Преодолению продовольственного кризиса были посвящены его лекции и статьи в прессе ("Русские Ведомости", 1917, № 34; "Власть Народа", 1917. 29 апреля, 21 мая, 21 июня и другие). Активно поддерживал создание системы продовольственных комитетов: губернских, уездных и волостных, избираемых демократическим путем и подотчетных народу (см: Чаянов А.В., Продовольственный вопрос. Лекции, читанные на курсах по подготовке работников по культурно-просветительской деятельности при Советах студенческих депутатов в апреле 1917 г., М., 1917, с. 33).

Главным направлением деятельности Чаянова стала разработка аграрной реформы. Один из инициаторов создания Лиги аграрных реформ, имеющей целью пересмотр устаревших с 1905 – 07 аграрных программ и перенесение их "из узких партийных переулков и партийной полемики на более широкую площадь совместной работы всех экономических сил страны". Во время Всероссийского кооперативного съезда состоялось первое собрание учредителей лиги (57 представителей различных партий и течений), на котором был избран Организационный комитет 16 – 17 апреля проходил Учредительный съезд лиги (136 делегатов от 20 губерний); как член Организационного комитета Чаянов выступил с докладом о принципах организации, задачах, проекте Положения о лиге аграрных реформ; вошел вСовет лиги и в ее Центральный распорядительный комитет. На 2-м съезде лиги (июнь) также говорил о задачах аграрной реформы, на 3-м съезде (ноябрь)– о природе крестьянского хозяйства и его земельном режиме. Чаянову принадлежит обращение комитета к членам лиги: "Мы считаем, что: 1) трудовое кооперативное крестьянское хозяйство должно лечь в основу аграрного строительства России и ему должны быть переданы земли нашей родины; 2) передача эта должна совершиться на основе государственного плана земельного устройства, ...планомерно и организованно осуществимого без нарушения производственного напряжения нашего народного хозяйства; 3) земельное устройство есть только часть решения аграрной проблемы, которая включает в себя все вопросы, связанные с общими условиями сельскохозяйственного производства, организацией трудовых хозяйств и организацией связи этих хозяйств с общим мировым хозяйством" ("Предисловие"– во всех изданиях Лиги аграрных реформ).

Обоснование программы Чаянова содержит его брошюра "Что такое аграрный вопрос?" (М., 1917), в которой выражены революционные требования 1917, и прежде всего требование, ставшее лозунгом всех демократических сил: "Земля – трудовому народу! ". Чаянов писал: "...все земли, находящиеся сейчас в пользовании крупного помещичьего хозяйства, должны быть переданы в руки трудового крестьянского хозяйства"; эта передача частновладельческих земель крестьянству могла быть произведена и в форме социализации, и национализации, и муниципализации, и с помощью "единого налога на землю", изымающего в пользу народа всю земельную ренту, и, наконец, через создание "системы государственного регулирования землевладения" при запрещении продажи и покупки земли. Чаянов стремился найти решение задачи "с меньшими затруднениями и с наименьшими затратами провести обобществление земель и передачу их трудовому хозяйству", склонялся в пользу совмещения последних двух вариантов – государственного регулирования и прогрессивного налогообложения с добавлением права "экспроприации любых земель" (в случаях нарушений земельного режима, установленного законом), что дало бы возможность "автоматически в одно-два десятилетия прийти к национализации или муниципализации" (с. 20, 32 – 33, 41 – 45, 55, 58 – 59). В основу аграрных реформ должны были лечь два принципа: "1) наибольшая производительность народного труда, прилагаемого к земле; 2) демократизация распределения народного дохода". Чаянов отвергал и капитализм, и "государственный социализм", и "анархический коммунизм". Обеспечить осуществление обоих принципов, по его убеждению, могла только кооперация, и поэтому будущий аграрный строй должен быть кооперативным (там же, с. 16, 18 – 19, 24 – 25). Автор радикальной аграрной программы быстро завоевывает политический авторитет – становится членом Главного земельного комитета, созданного для подготовки и осуществления земельного преобразования, членом Временного Совета Российской Республики (Предпарламента), товарищем министра земледелия во Временном правительстве (около двух недель), как "беспартийный социалист" избирается членом Учредительного Собрания.

Чаянов, несмотря на первоначально негативное восприятие Октябрьской революции, согласился работать в советских учреждениях и в сотрудничавших с ними кооперативных организациях. С 1918 профессор Петровской сельскохозяйственной академии. На 1-м Всероссийском кооперативном съезде (18 – 24 февраля 1918) Чаянов выступал с докладами, участвовал в дискуссиях, обнаруживших бесперспективность противостояния власти Советов, отсутствие политического единства в кооперативной среде; по предложению Чаянова на съезде был создан Комитет по охране культурных и художественных сокровищ России, в президиум которого вошел Чаянов. Комитет, лично Чаянов проделали большую работу по спасению культурных и художественных сокровищ страны. В кооперативном движении Чаянов был сторонником компромисса между Советской властью и кооперацией, их сотрудничества при сохранении кооперацией самостоятельности в своей хозяйственной деятельности; член кооперативной делегации 18 ноября 1918 на переговорах с В.И. Лениным о судьбе Московского народного банка, принадлежавшего кооперации. На 2-м Всероссийском съезде Совнархозов (декабрь 1918) выступал с докладом о сельскохозяйственной кооперации. В 1919 возглавил Высший семинарий сельскохозяйственной экономии и политики, преобразованный в том же году в НИИ сельскохозяйственной экономии.

В 1919 вышел в свет один из главных научных трудов Чаянова – книга "Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации" (М.), где он писал: "...не разрушая тех сторон хозяйства, где мелкое семейное производство было технически удобнее крупного, ...выделить и организовать в крупнейшие кооперативные предприятия, те отрасли, в которых это укрупнение давало заметный положительный эффект", чтобы в итоге организовать все отрасли и работы крестьянского хозяйства "в той степени крупности и на тех социальных основах, которые наиболее к нему подходили". Этот процесс Чаянов назвал "кооперативной коллективизацией" (с. 15 – 16, 21, 301 и др.). Он отрицал "коммунизацию производства" в сельском хозяйстве, указывая на такие труднейшие проблемы, как "стимуляция работы", "организация труда" и "хозяйствующая воля", то есть управление.

В 1921 – 23 член коллегии Наркомзема РСФСР и его представитель в Госплане РСФСР. В марте 1921 работал в комиссии Наркомзема, разработавшей "Основные принципы построения продналога" – важнейшей меры перехода к нэпу. 23 ноября 1921 сделал в Госплане доклад "Генеральный план Наркомзема", положивший начало работ по планированию сельского хозяйства.

В 20-х гг. Чаяновым были созданы труды по теории семейно-трудового крестьянского хозяйства и кооперации, по практическому применению теоретических знаний и рекомендаций, проводились обследования крестьянских хозяйств в различных районах страны; работы издавались в Германии, Японии, Индии, Китае. Чаянов был не только экономистом, организатором науки и кооперации. В 1918 – 28 он написал 6 повестей, оцениваемых литературоведами как "русская гофманиада" (включая социально-утопическую повесть "Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии").

С развертыванием сталинской "революции сверху" в 1928 – 29 нарастала волна идеологической и политической критики в адрес Чаянова. Если раньше его критиковали за "неонародничество", то теперь обвиняли в "защите интересов кулачества", "протаскивании буржуазных аграрных теорий". На Конференции аграрников-марксистов (20 – 29 декабря 1929) так называемая чаяновщина была объявлена "агентурой" империализма, находящейся в связи с "правым уклоном" в ВКП(б); выступивший на ней И.В. Сталин обрушился на «антинаучные теории "советских" экономистов типа Чаянова» (см.: "Труды 1-й Всероссийской конференции аграрников-марксистов", т. 1, М., 1930). Вынужденный оправдываться Чаянов писал: "Вообще я совершенно разделяю мысль, некогда высказанную Жоресом, о том, что революцию можно или целиком отвергнуть или принять также целиком, такой, как она есть. Этой мыслью я руководствовался все годы нашего революционного бытия. Поэтому вопрос о моем отношении к Октябрю решался мною... в тот январский день, когда революция отбросила идею Учредительного Собрания и пошла под знаком пролетарской диктатуры. С февраля 1918 года я связал свою жизнь с революционной реконструкцией нашей страны и, тщательно припоминая день за днем все прошедшие годы, полагаю, что ни у кого нет и не может быть оснований для того, чтобы отнять у меня звание советского работника безо всяких кавычек" ("О судьбах неонародничества", "Сельскохозяйственная Газета", 1930, 29 января). 21 июня 1930 Чаянов был арестован, 26 января 1932 Коллегией ОГПУ осужден по сфабрикованному делу "Трудовой крестьянской партии" к 5 годам заключения в лагерь; 3 октября 1937 Военной коллегией Верховного суда СССР приговорен к расстрелу. Реабилитирован в 1987.

Сочинения: Избранные произведения, М., 1989; Избранные повести. М., 1989; Крестьянское хозяйство, М., 1989; Избранные труды. Статистическое наследие, М., 1991.

Литература: Балязин В.Н., Профессор Александр Чаянов, М., 1990; Кабанов В.В., А.В. Чаянов, "Вопросы истории, 1988, № 6; Н.Л. Кондратьев, Н.П. Макаров, А.В. Чаянов, А.Н. Челинцев. Указатель литературы, М., 1988.

Отличное определение

Неполное определение ↓

Чаянов Александр Васильевич [ 17(29).1.1888, Москва - 3.10.1937, Алма-Ата] - прозаик.

Родился в московской разночинной семье. Отец - из крестьян Владимирской губ. Мальчиком он работал на одной из ткацких фабрик Иваново-Вознесенска, постепенно стал компаньоном хозяина, затем открыл собственное дело. Мать происходила из мещан г.Вятки, была в первой группе женщин, допущенных к учебе в Петровской земледельческой и лесной академии, окончила ее. Она оказала большое влияние на формирование вкусов, литературных и художественных пристрастий Чаянова.

Начальное образование Чаянова было домашним. С детства он владел основными европейскими языками. Продолжил образование в одном из лучших московских реальных училищ - частном училище К.П.Воскресенского. В 1906 поступил в Петровскую академию, как по традиции москвичи называли Московский сельскохозяйственный институт. По замечанию одного из студентов академии, она «не давала ни чиновной, ни денежной карьеры. Лучшим в ней элементом были те из окончивших среднюю школу, которые шли сюда или ради ее революционной репутации, или для изучения естественно-исторических и общественных наук...».

На 2-м курсе определились научные интересы Чаянова. Он занялся земельными науками. В кружке общественной агрономии (КОА), одним из активных членов которого он был, вырабатывались его «взгляды и мировоззрение, вылившиеся в построение кооперативного идеала и новой теории крестьянского хозяйства, организационно-производственной». О значимости идей Чаянова для нашего времени написано многими специалистами. В своей теории развития крестьянского хозяйства Чаянова, как заметил его первый биограф Вл.Муравьев, «исходил из тщательного изучения и глубокого уважения объективных внутренних законов существования и деятельности крестьянского хозяйства... отрицал сам принцип попыток насилия над объективными законами...».

В предреволюционные годы Чаянов был крупнейшим ученым в области организации сельского хозяйства. Он читал курсы лекций в Петровской академии, Московском университете, университете Шанявского. Его привлекали для консультаций и работы общественные и государственные организации, связанные с сельским хозяйством. Он выдвигался на должность товарища министра во Временном правительстве. После Октябрьской революции Чаянов создал Научно-исследовательский институт сельскохозяйственной экономии, был его директором, занимал различные руководящие посты в Центросоюзе, ездил советником на Генуэзскую конференцию. Некоторые работы Чаянова использовались Лениным, когда он писал статью «О кооперации».

Во второй половине 1920-х взгляды Чаянова и его школы объявили антимарксистскими. В 1929 на конференции аграрников-марксистов в Москве Чаянова обвинили в стремлении реставрировать капитализм в СССР. 21 июля 1930 Чаянов был арестован в президиуме ВАСХНИЛ. Одновременно арестовали и многих его друзей - видных экономистов Н.Д.Кондратьева, А.Н.Минина и др. Чаянову предъявили обвинение в принадлежности к мифической «Трудовой крестьянской партии». Вел дело Агранов, который, используя различные способы психологического давления, вынудил Чаянова оговорить себя. В марте 1931 после судебного процесса по делу «контрреволюционной организации "Союзного бюро ЦК РСДРП (меньшевиков)"», на котором «кулацко-эсеровская группа Кондратьева-Чаянова» обвинялась в намерении организовать кулацкие восстания, Чаянов был приговорен к 5 годам тюремного заключения и отправлен в Суздальскую тюрьму.

После 4-летнего заключения Чаянов был сослан в Алма-Ату, где работал в сельскохозяйственном институте. Осенью 1937 он снова был арестован, приговорен к расстрелу и расстрелян в тот же день.

Как незаконно репрессированный Чаянов был реабилитирован в 1956. Обвинения по делу ТКП «за отсутствием события или состава преступления» - т.е. после признания их полностью ложными - были сняты с Чаянова постановлением Верховного Суда СССР 16 июля 1987.

Круг интересов Чаянов не замыкался рамками профессиональной и связанной с ней общественной деятельности. В юности увлекшись коллекционированием икон и гравюр, он изучал историю искусства и коллекционирования, написал несколько работ на эту тему: «Московские собрания картин сто лет назад» (1917), «Старая западная гравюра» (1926) и др. Чаянов и сам занимался гравированием по дереву.

Постоянно входила в его круг интересов история Москвы. В обществе «Старая Москва», членом которого он был, Чаянов сделал ряд докладов о топографии Москвы. По истории и топографии Москвы Чаянов читал лекции в университете Шанявского и Московском университете, опубликовал работы «История Миусской площади» (1918) и «Петровско-Разумовское в прошлом и настоящем» (1925).

Литературное творчество наравне с другими занятиями было частью образа жизни Чаянова. Писать он начал рано, вероятно, еще в реальном училище. В годы учебы в Петровской академии входил в один из московских литературных кружков, но в какой - неизвестно. В 1912 был издан сборник стихов Чаянова «Лелина книжка». Сборник Чаянов послал В.Брюсову.

В дальнейшем Чаянов писал прозу. В 1918-28, во время его наиболее напряженной профессиональной и общественной деятельности, он под псевдонимом «ботаник X» опубликовал 5 повестей: «История парикмахерской куклы, или Последняя любовь московского архитектора М.» (1918), «Венедиктов, или Достопамятные события жизни моей» (1922), «Венецианское зеркало, или Удивительные похождения стеклянного человека» (1923), «Необычайные, но истинные приключения графа Федора Михайловича Бутурлина, описанные по семейным преданиям» (1924), «Юлия, или Встречи под Новодевичьим» (1928). Все они вышли в издании автора, за его счет.

В 1920 Чаянов опубликовал под именем И.Кремнева повесть «Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии». Эта книга была опубликована Госиздатом и, по некоторым воспоминаниям, вышла по указанию Ленина. Ее открывало предисловие В.В.Воровского, который замечал: «...эта утопия - явление естественное, неизбежное и интересное... Она имеет те преимущества, что написана образованным вдумчивым человеком... Он пишет искренно то, во что верит и чего желает; это придает его утопии бесспорный интерес». «Путешествие...» - не столько утопия в привычном понимании, сколько изложение взглядов Чаянова на будущее России, на устройство процветающей крестьянской страны. Это взгляды человека, убежденного в том, что крестьянское дело должно быть «действительно мощным социальным движением, а не предприятием только!».

Остальные свои повести сам Чаянов относил к жанру романтических. При этом они не являются просто подражанием сочинениям XIX в.

Они также не стилизации и уже тем более не пародии. В повестях Чаянова, независимо от времени их действия, разворачивается характерный романтический конфликт - схватка героя с судьбой, попытка человека освободиться от власти неведомых и чуждых ему сил, не подчинить свою жизнь их вмешательству. В десятилетие, когда создавались повести Чаянова, этот «романтический» конфликт приобрел новую и опасную оптимистическую актуальность.

О.И.Козлова

Использованы материалы кн.: Русская литература XX века. Прозаики, поэты, драматурги. Биобиблиографический словарь. Том 3. П - Я. с. 634-636.

(1937-10-03 ) (49 лет) Место смерти: Страна: Научная сфера:

Александр Васильевич Чая́нов (17 января 1888 года, Москва - 3 октября 1937 года) - российский экономист, социолог, социальный антрополог, международно признанный основатель междисциплинарного крестьяноведения ; писатель-фантаст и утопист . Автор термина «моральная экономика ».

Биография

В 1919 году возглавил Высший семинарий сельскохозяйственной экономии и политики, преобразованный в том же году в НИИ сельскохозяйственной экономии.

В 1926 году Чаянов был обвинён в мелкобуржуазности и антимарксистском толковании сущности крестьянского хозяйства.

В 1930 году был арестован по делу о так называемой «Трудовой крестьянской партии» . Расстрелян в 1937 году. Реабилитирован в 1987 году .

В политических партиях не состоял.

Библиография

Научные труды

• Очерки по теории трудового хозяйства (М., ч.1-2, 1912-1913)
• Краткий курс кооперации (М., 1915)
• Чаянов А.В. Продовольственный вопрос. Лекции, читанные на курсах по подготовке работников по культурно-просветительной деятельности при Советах студенческих депутатов в апреле 1917 г.(М., 1917)
• Что такое аграрный вопрос? (М., 1917)
• Основные идеи и формы организации крестьянской кооперации (М., 1919)
• Чаянов А. В. Бюджетные исследования . История и методы. - М., 1929. (Перевод: Chayanov, A. The Theory of Peasant Co-Operatives. - Ohio State Univ Press, 1991. - ISBN 0-8142-0566-6 .)
• Чаянов А. В. Крестьянское хозяйство. Избранные труды . - М .: Экономика, 1989. - 492 с. - (Экономическое наследие). - ISBN 5-282-00835-1

Художественные произведения

• Лёлина книжка (Сборник стихов). М.: [Издание автора], 1912.
• История парикмахерской куклы, или Последняя любовь московского архитектора М. М.: Издание автора, 1918.
• Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии. М., 1920 (Под псевд. Иван Кремнёв ).
• Обманщики (пьеса). М.: Издание автора, 1921.
• Венедиктов, или Достопамятные события жизни моей. М.: [Издание автора], 1922.
• Венецианское зеркало, или Диковинные похождения стеклянного человека. Берлин: Геликон, 1923.
• Необычайные, но истинные приключения графа Фёдора Михайловича Бутурлина. М.: Издание автора, 1924.
• Юлия, или Встречи под Новодевичем (sic!). М.: Издание автора, 1928.
• "История парикмахерской куклы" и другие сочинения Ботаника Х. (пять романтических повестей и пьеса). New York: Russica Publishers, Inc., 1982.
• Венецианское зеркало. М.: Современник, 1989. ISBN 5-270-00465-8
• Московская гофманиада. М.: Издат. дом Тончу, 2006. ISBN 5-98339-014-7
• Диковинные похождения стеклянного человека. М.: ПАН-Пресс, 2010. ISBN 978-5-9680-0168-9

Примечания

Литература

• Анастасия Матвеева. Последняя печать Чаянова // Эксперт . - 2011. - № 30-31 (764) / 1 авг 2011. - С. 28-31.

Ссылки

• «Избранные работы А. В. Чаянова» на сайте Руниверс
• Видеолекция Теодора Шанина об Александре Чаянове на сайте Руниверс

Категории:

• Персоналии по алфавиту
• Учёные по алфавиту
• Родившиеся 29 января
• Родившиеся в 1888 году
• Родившиеся в Москве
• Умершие 3 октября
• Умершие в 1937 году
• Умершие в Алма-Ате
• Экономисты по алфавиту
• Экономисты СССР
• Экономисты XX века
• Выпускники РГАУ-МСХА им. К. А. Тимирязева
• Преподаватели РГАУ-МСХА им. К. А. Тимирязева
• Социологи России
• Антропологи России
• Социологи СССР
• Антропологи СССР
• Персоналии:Экономическая география
• Писатели-фантасты России
• Писатели-фантасты СССР
• Члены Всероссийского Учредительного собрания
• Репрессированные в СССР
• Расстрелянные в СССР
• Реабилитированные в СССР
• Посмертно реабилитированные

Wikimedia Foundation . 2010 .

Смотреть что такое "Чаянов, Александр Васильевич" в других словарях:

Чаянов, Александр Васильевич - Александр Васильевич Чаянов. ЧАЯНОВ Александр Васильевич (1888 1937), экономист аграрник, литератор. Глава организационно производственной школы, исследовавшей проблемы крестьянской экономики. Основатель первого в СССР Института… … Иллюстрированный энциклопедический словарь

- (1888 1939) российский экономист аграрник, литератор. Профессор (1918) Московской сельскохозяйственной академии, где работал до 1930. Деятель кооперативного движения, первый председатель Льноцентра (1915); в 1915 20 на руководящих постах в… … Большой Энциклопедический словарь

- (р. 1888) один из представителей так называемого неонароднического направления в сел. хоз. экономической литературе и один из лидеров контрреволюционной вредительской организации, известной под названием "Трудовой крестьянской партии"… … Большая биографическая энциклопедия

- (1888 1937), экономист аграрник, литератор. Профессор (1918) Московской сельскохозяйственной академии, где работал до 1930. Деятель кооперативного движения, первый председатель Льноцентра (1915); в 1915 20 на руководящих постах в… … Энциклопедический словарь

Александр Васильевич Чаянов (17 января 1888, Москва 3 октября 1937?) российский экономист, социолог, социальный антрополог, международно признанный основатель междисциплинарного крестьяноведения; писатель фантаст и утопист. Автор термина… … Википедия

А. В. Чаянов. Чаянов Александр Васильевич (1888, Москва — 1937, Алма Ата), учёный аграрник, писатель, искусствовед. Детские годы Чаянова прошли в д. 7 по, рядом с церковью Харитония в, снесённой в 1935. В 1910 окончил, оставлен на кафедре … Москва (энциклопедия)

Русский (советский) экономист. Его основные труды: лОрганизация крестьянского хозяйства Словарь бизнес терминов. Академик.ру. 2001 … Словарь бизнес-терминов

ЧАЯНОВ, Александр Васильевич (1888-1937) - русский (советский) экономист. Его основные труды: Организация крестьянского хозяйства (1925), Краткий курс кооперации (1925) Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации (1927). Главным предметом теоретических исследований… … Большой экономический словарь